Блеск и нищета эмиграции. Часть V — «Где же блеск?»

Пражская интеллигенция

На пути проникновения в «черный» рынок труда мне встречались не одни лишь плохооборазованные украинцы из прикарпатских сел. Я воочию убедилась, сколько граждан Украины или России с высшим образованием, которые могли бы с гордостью каждому чеху рассказать, что они инженеры, бакалавры или магистры, трудятся здесь на стройках, заводах или в швейных мастерских. Все они, увы, в силу тех экономических причин пять или два года назад приехали в Чехию в поисках лучших заработков. И может быть кто-то из них и брал с собой диплом или дипломы, но судьба распорядилась по иному и интеллигентные, образованные люди старательно трудятся в швейных цехах или, к примеру, на конвейере на канадском заводе по производству автозапчастей, и с гордостью рассказывают, что на третьем году пребывания в Чехии им удалось «выбить» комнату в заводском общежитии, правда, одну — на две семьи.
— Как же вы живете? — спрашиваю я, понятно о чем… — Ведь молодость уходит.
— Ты такие глупые вопросы задаешь, — коротко отвечают они, искренне гордясь своим пражским жильем.
Еще больнее смотреть на трудолюбивых образованных ребят, роющих траншеи. «Все в порядке, — отвечают они. — Лишь бы полиция при продлении визы «палки в колеса» не вставляла. Фирма-то, в которую мы вписаны, на тридцать человек сделана. Возьмут, придерутся к чему-нибудь и не продлят визу. Вот тогда катастрофа…
— Дома ведь привыкли к денежным переводам — и мама, и сестра. 200 долларов в месяц я им высылаю, могу себе позволить, — говорит Сергей, выпускник киевского политехнического института. — А что в Киеве? Работал после политеха экспедитором, получал по местным меркам неплохо — 150 долларов, но все деньги уходили на жизнь — аренда квартиры, питание. Даже не шикуя, матери и сестре помогать не мог. Здесь же, да, работа пыльная, и с 7 до 19, и я — чернорабочий, но с заработками, — не стесняясь своей черной работы, откровенничает Сергей.
Общаясь с такими людьми, сразу видишь, что на родине они находились на некоторой социальной высоте, здесь же быстро нивелировались до общего положения «рабочих лошадок». Но за каждым из них угадывается некая история, заставившая покинуть родные пенаты. Именно эти истории, очевидно, помогают им преодолевать все трудности эмиграции и дают очередной шанс, не оглядываясь, смотреть только вперед — в будущее…

Любовный треугольник

Яна оказалась в Чехии потому, что запуталась в хитросплетениях жизни… Оказавшись меж двух огней, рискуя сгореть в них заживо, она не могла придумать, как выбраться из создавшегося положения. Любовь втроем! Эка невидаль! Важно, кто входил в этот треугольник и то, что ни он, ни она не догадывались, что состоят в нем. Она — это его жена. Он — любовник. А Яна — любовница его и его жены. Такая вот ситуация…
Случайно все вышло. Можно сказать в результате злого отчаяния. С Олегом они встречались уже полгода. Яна знала все, что он нашел нужным рассказать ей о семье и главное, что жену свою за 30 лет супружества он нисколько не разлюбил.
— Тогда почему же ты?.. — не удержалась от ехидства Яна.
— Потому что Оксана постарела, увы. Секс давно ее не интересует. Ведь нам на двоих сто лет, Яночка. А ты… девочка, прости. Я подлец, наверное…
— Успокойся, люби свою жену. Я тебя жениться не приглашаю.
Им было хорошо вместе. Ничего другого Яну в принципе не волновало. Опыт неудачного замужества уже имелся, и вот уже лет десять она наслаждалась свободой. Но связь с Олегом затягивалась, становилась похожей на любовь. Расставаться после свиданий было все труднее. Яна чувствовала, что готова рыдать на пороге квартиры ему вслед.
— Ну, уж нет, уговаривала она себя, страдать по чужому мужу? Устраивать истерики? Никогда!
Но однажды все-таки не удержалась. Олег пришел на свидание с опозданием и сообщил, что у них мало времени. Она не спросила, почему он так долго задержался. После жарких объятий и поцелуев он сам признался, что пил коньяк в кабинете начальницы.
— Вдвоем?
— Конечно.
— Но ты же ее презираешь?! Постоянно называешь «старой лахудрой»?!
— Ну и что? Ты же знаешь, она ко мне неравнодушна. А для карьеры полезно временами это неравнодушие подогревать.
— Чем подогревать?
— Исключительно коньяком.
Вот тогда Яна и сорвалась. Ее взбесил факт, что ради начальницы Олег посмел пожертвовать двумя часами ее ожидания. Они впервые крупно поссорились. Олег ушел, хлопнув дверью. Яна бежала за ним по темной улице и вполголоса просила:
— Олег, не уходи. Не уходи, прошу тебя… Но он уходил, ни разу не оглянувшись.
Так она добежала до его подъезда, села на лавочку и принялась рыдать. И чем сильнее рыдала, тем больше злилась, что ее всерьез зацепила ее любовная история.
— Что с вами? Я могу чем-то помочь?
Яна подняла голову. Перед ней стояла Оксана — жена Олега. Симпатичная моложавая блондинка, стройная, с умелым макияжем. Серые глаза смотрели по-доброму и грустно. Конечно, Яна ее знала, видела. Много раз слушала, как любовник рассказывает об их детском еще знакомстве, дружбе, свадьбе и прочих совместных радостях. Это была его жизнь, поэтому Яна слушала пусть и без особого удовольствия, но вполне заинтересовано. И вот теперь Оксана возникла из темноты, словно явилась на замену сбежавшему Олегу. Так оно и получилось. Случилось это в ту же ночь…
При виде Оксаны в Яне заработали какие-то новые механизмы. Жажда мести, любопытство, злость, азарт и что-то еще неведомое заставили ее взять Оксану за руку.
— Посидите со мной. Мне очень плохо.
Женщина покорно села. Помолчали.
— Вы спешите? — спросила Яна.
— Нет, — усмехнулась Оксана и кивнула на подъезд. — Мой муж придет поздно. Мне захотелось, чтоб хоть раз, явившись, он не застал меня дома.
— Хотите выпить?
— Здесь на лавочке?
— Пойдемте ко мне? Я живу совсем рядом.
— Это удобно?
— Более чем…
В гостях Оксана, не любившая спиртное, быстро опьянела. Стала разговорчивой, выложила свои семейные проблемы. Яна опасалась, что та начнет жаловаться на существование любовницы у супруга, но это обстоятельство жену волновало меньше всего.
— Мы давно дали другу свободу. Главное, чтобы сохранилось уважение. Все равно мы с мужем самые родные люди.
— И Вы тоже пользуетесь свободой?
— Конечно. Иначе, как бы я пережила его увлечение?
Яна чуть не расхохоталась. Вот она тупая мужская наивность! Жена охладела к сексу?! Нисколько! Это она к твоему телу охладела, глупый, только и всего! Ну, Олег, держись, дураков учат — сейчас я тебе покажу!…
Кто был студентом, тот знает, насколько свободные нравы царят порой в альма-матер. Молодость жаждет впечатлений. Познать жизнь можно, только если общупаешь и испробуешь ее со всех сторон. В плане впечатлений Яна была очень опытным человеком. Поэтому она легко уговорили гостью остаться ночевать. А когда та потушила свет и разделась, не спрашивая разрешения и не извиняясь, нырнула к ней под одеяло. Оксана только охнула. И молчала до самого утра. У нее оказалось молодое упругое тело, очень податливое на ласки. Рано утром, готовя на кухне кофе, Яна слышала, как Оксана плачет в подушку.
Так началась их связь. До того пылкая, что Яна вдвое уменьшила количество свиданий с Олегом. Через месяц она окончательно запуталась — кого из супругов любит сильнее, и что в этой ситуации делать дальше. Яну прошибал холодный пот, стоило лишь представить, как Олег или Оксана узнают, что периодически сменяют друг друга в ее постели. Так что, когда вдруг на глаза попалось объявление о трудоустройстве заграницу, она решила воспользоваться шансом размотать затянувшийся любовный клубок. Как говорил один товарищ: есть человек — есть проблема, нет человека — нет проблемы.

Яна сбежала в Чехию.

Сегодня она замужняя женщина, успешный предприниматель — руководитель туристической фирмы.
На мой вопрос, как ей удалось так хорошо устроиться в чужой стране, Яна отвечает с неохотой, автоматически бросая взгляд на свои ухоженные руки:
— Конечно же, начинала как все, о чем сегодня порой жутко вспоминать. Из благополучного секретаря-референта стала пражской посудомойкой. Правда, долго в коллективах я не задерживалась. Моя душевная боль сделала меня закрытой для посторонних. Я молча, с ворохом мыслей и воспоминаний, тупо работала изо дня в день, никого не замечая. Товарок по кухне это раздражало. Попробуй повкалывать 12 часов подряд рядом с истуканом. Меня перебрасывали из ресторана в ресторан. Женщины жаловались на меня клиенту, для убедительности наговаривали чего-нибудь лишнего, пока на мою долю не стали припадать одни «фушки» — разовые подработки. Мне было все равно, потому как в Чехию я приехала с каменной душой, которую кому-то нужно было отогреть. Свободного времени стало больше, я чаще стала гулять по Праге…
И Бог дал Яне шанс. Случайная встреча с Ярдой, во многом изменила ее жизнь. Парень с первого взгляда в нее влюбился, и сегодня, когда я вижу ее светящуюся, счастливую, то понимаю, почему ей не хочется говорить о первых пражских трудностях. Яна бегло и без акцента говорит по-чешски и мне не верится, что так резко может измениться жизнь человека в считанные минуты… Но, когда она улыбается, я понимаю Ярду — такую женщину нельзя было не заметить, а, удостоившись ее внимания, нельзя было отпустить.
— Вспоминаешь Олега и Оксану?
— Да, конечно, вспоминаю, но ту часть своей жизни я практически вычеркнула. Сейчас голова полна работой, бизнес — прежде всего. Вот рассказала тебе свою историю только потому, что сегодня у них очередная годовщина свадьбы, в этот день я третий год подряд почему-то всеми мыслями с ними, несмотря на Ярика. Он у меня очень славный человек, но Олег и Оксана, это как часть родины, которую я оставила где-то далеко.
Они очень быстро поженились. Подучив чешский, по объявлению Яна нашла работу, устроилась в турфирму и проработала там полтора года.
— Зарплата была хорошая, но хотелось какого роста и, если честно, надоело работать «на дядю», который практически не появляется на работе. Узнав многие тонкости туризма, я решила, что смогу работать сама. И не жалею об этом. Ведь дома мне всегда хотелось иметь свой бизнес — хоть маленький, но свой. Поначалу, правда, было немного страшновато, ведь на рынке столько конкурентов, но пока, тьфу, тьфу… Все хорошо. Не сглазь! — отмахивается от меня Яна.
Приятно видеть в чужой стране успешного НАШЕГО человека. Я очень рада за Яну, ведь, она приехала в Чехию не юной девчонкой, и могла бы так и коротать жизнь по кухням, но приехала, слава Богу, не зря. Я поняла, главное — не раскисать, по Яне видно, что натура она сильная… Другая бы, на ее месте, ходила бы и ходила за зарплатой, а она нет — рвется в бой!… Нужно быть сильной! Может быть, и я справлюсь со всеми своими трудностями… Правда, судя по Яне, без толики везенья человеку в Чехии не обойтись, как впрочем, и везде… Дай, мне Боже сил побольше! Я ведь готова терпеть и бороться, правда!

Т.Ксенина