Дело тонкое, ювелирное

Изделия русских ювелиров с давних времен славились по всему миру. Бриллиантами, так называемой, «русской огранки» с удовольствием украшали свои короны все европейские правители. Золотых и серебряных дел мастеров из России приглашали на работу во многие страны мира. Тонкостью и изяществом русских украшений восхищались во все времена самые изысканные красавицы Европы. Знатоки и коллекционеры по праву считали работы русских ювелиров жемчужиной своих собраний. Проходят годы и века, но время, как известно, не властно над истинными ценностями. Российское ювелирное искусство по-прежнему высоко ценится во всем мире. Что же касается изделий старых русских мастеров, то они, понятное дело, с годами, как хорошее вино, только растут в цене, поскольку становятся интересны не только сами по себе, но и благодаря своему почтенному возрасту, и носят теперь гордое название русского антиквариата. Человек, с которым мы сегодня поговорим, знает обо всем этом не понаслышке. Он русский ювелир и реставратор, вот уже несколько лет работающий в Праге. Дело свое знает хорошо, с нескрываемым удовольствием и гордостью показывает свои работы. Жена его, как, наверное, почти все жены, иронизирует: «Спросите о его дальнейших планах. Он скажет — персональная выставка в Праге». Но иронизирует без злобы — видно, ей самой нравится то, что делает ее муж, просто женщина, да еще и умная женщина, без этой самой иронии — никуда. «Словечка в простоте не скажут», как говаривал классик. Сам же он отвечает: «Выставка пока подождет. Нужна для начала собственная мастерская. Хочу заниматься своим делом». На попытки создать мастерскую было потрачено немало времени и сил сразу по приезде в Чехию, но успеха еще добиться не удалось. Так что пока мастер работает дома, что, конечно, создает дополнительные проблемы и ему самому, и его семье. Но, как говорится, лиха беда — начало. Со временем будет и мастерская, а там, глядишь, и персональная выставка — мастер этого заслуживает. Ну а пока наш разговор о том, как все это начиналось.

Расскажите, пожалуйста, как вы оказались в Праге.

Я даже не знаю, насколько этот шаг можно назвать сознательным. Было так. Год примерно 1984. Самарская набережная летом. Я говорю другу: «Придет время, уеду я из этой страны куда подальше». Это был пустой разговор, который повис в воздухе. Прошло почти двадцать лет — и я, действительно, уехал, и получилось это практически случайно. Ну, как обычно: все важные решения принимаются вроде как случайно и внезапно. И непонятно, откуда деньги нашлись, откуда люди взялись…Страна тоже была выбрана совершенно случайно. Просто потому что предложили.

Какие были первые впечатления о Чехии?

Понравилось. По крайней мере, необычно. Все, начиная с надписей на чужом языке. Архитектура, конечно, совсем другая, непривычная. В Прибалтике что-то похожее раньше видел, но все равно по-другому. Приехал, посмотрел. Что сразу бросилось в глаза? Ну, почище, конечно, чем у нас. Кабаки всегда открыты, и публика там вполне приличная. У нас-то ведь не зайдешь: то бандиты, то ханыги, то алкоголики. Опять-таки потеплее, климат приятнее. «Да, я буду здесь жить», — мысль была почти ошеломляющей. Так что туристом я практически и не был, мы с самого начала были нацелены на то, что останемся жить здесь.

А почему именно Чехия?

Это тоже интересно получилось. Про все другие страны была какая-то информация в газетах, по телевидению и т.п. Про Чехию нигде не было ничего. Из чего мы, чисто по-русски, сделали вывод: раз ничего не говорят, значит там все хорошо.

А как с работой?

Вот с работой было сложно. По первому времени практически никак. Я ведь искал вполне определенную работу — то, что я умею делать, то есть что-нибудь вокруг ювелирного производства. Могу сам работать, могу обучать этому других, так сказать, кадры готовить. На это было все нацелено. Но ничего похожего не было. Первое время приходилось просто-напросто делать сувениры для туристов, в основном из янтаря. Был заказчик, привозил материал, резал я эти фигурки, он их успешно продавал — так вот худо-бедно жили. Потом туристический сезон кончился, и лавочка эта закрылась…

Поменять профессию, заняться чем-нибудь другим не пробовали, раз так сложно было с работой?

Ой, нет. Уже есть печальный опыт. Каждый должен заниматься своим делом, я так считаю. Что умеешь, то и делай.

А как же было дальше?

Дальше… Тот же человек, который привозил янтарь, загорелся идеей открыть мастерскую. Какая-то мастерская у них в Москве была, что-то они сюда привозили. Решили сделать мастерскую на месте, чтобы издалека не возить. Ну вот я к ним и присоединился. Но сейчас я работаю самостоятельно, в основном как реставратор русского антиквариата.

Среди людей, с которыми Вы работаете, больше русских или чехов?

Сейчас уже чехов. Хотя начинал я, естественно, с русскими — языковой барьер, как у всех поначалу. Но теперь среди русских у меня заказчиков практически нет. Это нормально. Русским это просто не очень интересно, они сюда приехали деньги зарабатывать, а не тратить.

То есть Вы ориентируетесь на покупателя-чеха?

Не только на чеха, но и на немца, американца, японца — все равно. Но не на всякого. На коллекционера. В Европе очень большой интерес к нашим ювелирным изделиям и, в первую очередь, к русскому антиквариату. А русским продавать русский же антиквариат бессмысленно — этого добра и в Москве навалом. Так что в основном я работаю с заказчиками-иностранцами.

Российского заказчика Вы тоже хорошо знаете. С кем легче работать: с русскими или с европейцами?

С местной публикой легче. Если здесь человек заказывает что-то, я называю цену и, как говорится, торг неуместен. Работа стоит столько, сколько она стоит. Наши же постоянно торгуются, даже когда работа уже сделана и была предварительная договоренность о цене.

Вот теперь, поближе познакомившись с Чехией и чехами, что вы о них можете сказать?

Хороший вопрос. Если бы я был с ними поближе знаком раньше, я бы, наверное, в другую страну поехал. Хотя мне, пожалуй, грех на них жаловаться. Если с чехами говорить по-чешски, точно так же, как с немцами по-немецки, с англичанами по-английски и т.п., то договорится с ними всегда можно. По большому счету, мне все равно, как они ко мне относятся. Работу свою я делаю хорошо. А дальше начинаются чисто экономические отношения: они хотят подешевле купить, я хочу подороже продать. Я, конечно, заинтересован в постоянных заказчиках и готов пойти на уступки. А уж как они ко мне при этом относятся, это их проблемы. Как говорится, не нравится — отвернись.

Не очень скромный вопрос: Вы себя считаете художником или мастеровым?

Трудно сказать. Работа такая, что одно с другим связано. Навыки мастерового здесь невозможно отделить от творчества. Мне нравится моя работа. Только этим я умею, хочу и буду заниматься.

И все-таки Вы не жалеете, что оказались здесь?

Нет, не жалею. Я ни о чем не жалею.

В.Крымова

Предыдущая статьяDo you speak english?
Следующая статья«Мой дом здесь…»

Больше от автора

Похожее

Последние

Введение в Чехии евро невыгодно

Переход на единую европейскую валюту в настоящее время нереален Переход Чехии на единую европейскую валюту в настоящее время и в ближайшем будущем нереально, а также...

Конфликт на Украине будет разрешен победой Украины

Милош Земан и президент Швейцарии сошлись во мнении о войне в Украине После встречи, проведенной с президентом Швейцарии Иньяцио Кассисом, глава Чехии Милош Земан высоко...

Когда мы помогаем другим, мы помогаем сами себе

Никогда не используйте молоток, чтобы убить комара на лбу собеседника... Простые психологические истины, которые всегда работают 1. Принцип зеркала. Прежде чем судить о других, следует обратить...